Индейцы Северной Америки.

С индейцев исторически началась в США расовая дискриминация. Обострение отношений между белыми колонистами и индейцами началось тогда, когда колонисты, всё время расширявшие площадь земледельческой территории, стали всё более и более стеснять индейцев. При этом надо иметь в виду, что индейцам при их преимущественно охотничьем укладе хозяйства и жизни требовалось в расчёте на единицу населения гораздо больше земли, чем земледельцам — белым колонистам. Борьба за землю породила и далее обостряла взаимную ненависть, вела к вооружённым столкновениям, которые в свою очередь ещё больше разжигали вражду.

Для индейцев на языке колонистов не было других слов, как «дикари», «варвары», «язычники». Представители христианской церкви не замедлили «подлить масла в огонь». По поводу чумы, уничтожившей целое племя индейцев в Массачусетсе, один проповедник из числа всемирно прославившихся своим лицемерием «отцов-пилигримов» сказал так: «Вот господь наш Иисус Христос, величие и славные дела коего по всему лику земли не на что иное направлены, как на благо его церкви и его избранных, не только расчистил для своего народа площадь для посевов, но и смирил сердца краснокожих варваров».

Уже в XVIII веке комиссар по индейским делам Френсис Уокер открыто заявлял, что он предпочёл бы полное истребление индейцев смешению рас.

Колонисты преследовали индейцев, истребляли их всеми средствами, вплоть до отравления источников питьевой воды, как это имело место по отношению к племени семинолов во Флориде. На карте борьбы с индейцами в атласе Гуда значками вооружённых столкновений покрыта решительно вся территория США. После непродолжительного затишья в годы гражданской войны Севера с Югом (1861—1865) эта борьба возобновилась с ещё большим ожесточением и закончилась сражением 1890 году в Скалистых горах, которое фактически было заранее подготовленным массовым кровавым побоищем индейцев.

Процесс систематического истребления индейцев привёл к тому, что на современной территории США вместо 850 тысяч (так по приблизительным подсчётам определялось число индейцев к моменту прихода европейцев) их осталось к 1950 году всего 343 тысячи.

Любопытно при этом отметить, что в годы самой ожесточённой борьбы Севера против рабства негров на Юге почти никому не пришло в голову вспомнить об индейцах. В период колонизации США, когда Англии приходилось бороться на североамериканском континенте с другими европейскими державами — Францией и Испанией, к индейцам относились, как к нации, заключали с ними договоры, вступали с ними в оборонительные п наступательные союзы.

Это делалось из стратегических соображений и сопровождалось логически необходимым признанием за индейскими племенами их суверенных прав на свою землю.

Но с исчезновением соперников с этой политикой и с ее логическими выводами было быстро покончено. С лёгкой руки главного судьи Маршалла индейские племена стали именовать «внутренние зависимые нации». В 1871 году конгресс запретил заключать договоры с индейскими племенами.

Затем, после окончательного подавления индейцев к 1890 году, когда им не оставили ни клочка земли к востоку от Миссисипи, их стали сгонять в резервации, исходя опять-таки из простого коммерческого расчета, что дешевле их кое-как кормить, чем с ними сражаться.

Колонизация к тому времени уже давно перевалила за Миссисипи, и на сохранившиеся за индейцами земли устремилась масса жадных глаз. Нищенское содержание в резервациях, под которые отводились абсолютно бросовые земли, лишало индейцев инициативы, подрывало их племенной строй и обрекало их на верное, но недостаточно быстрое вымирание. Чтобы этот процесс ускорить, в 1887 году был издан закон, по которому каждый индеец получал личный надел с правом продать его через двадцать пять лет. Дополнительным актом срок этот так «разъяснили», что распродажа индейских земель пошла достаточно быстро, и из 138 миллионов акров, ещё сохранившихся за индейцами к изданию акта 1887 года, к 1933 году осталось всего лишь 52 миллиона акров.

Грабёж этот изображался в печати как торжество западной цивилизации и освобождение личности от устарелых племенных уз. На несчастных индейцах наживались чиновники и землевладельцы. Но и этого ещё было мало. С целью разрушить семейную жизнь индейцев и стереть у подрастающего поколения всякие следы индейской культуры, в сотнях миль от индейских резерваций были устроены специальные шкоды с общежитиями, куда, собирали индейских детей в возрасте от 6 до 18 лет и держали от 4 до 8 лет.

Их наряжали в мундирчики, «оболванивали» в ту или другую протестантскую секту, заставляли работать в прачечных, столярных и другого рода мастерских и подвергали строжайшей дисциплине. Родной язык строго преследовался, равно как и все прочие проявления индейской культуры, такие как религиозные церемонии, поэзия, музыка, искусство, художественные ремёсла. Но несмотря на наличие охраны, большинство детей всё же убегало домой, в резервации.

Чиновники в индейской администрации подбирались один к одному из числа самых закоренелых человеконенавистников, насквозь проникнутых расовыми предрассудками. Никакой заботы о здравоохранении не было. Туберкулёз, трахома, сифилис нашли себе прочное гнездо в резервациях.

Любопытно отметить, что некоторые из наиболее последовали тельных «друзей индейцев», позволявших себе более глубоко задумываться над индейской проблемой, принуждены, хотя и очень осторожно, высказывать предположение, что этот экономический уклад не всегда же останется таким, каков он есть.