Тихоокеанское побережье Перу.

Перу владеет почти тремя тысячами километров тихоокеанского побережья от чилийской границы до залива Гуаякиль на границе Эквадора.

После первых же километров пути по этому побережью вы легко представите себе, как оно выглядит дальше. Для всей этой прибрежной полосы характерны следующие особенности, определяющие ее внешний вид и климат, а также и жизнь людей море и горы.

Если вы посмотрели бы на берег Перу из корзины аэростата с высоты двадцати километров, он оказался бы вам сплошной линией без заливов, бухт, мысов и полуостровов. Вам казалось бы, что морской прибой бьет прямо в подножие Кордильер. Каменный вал крупнейшего хребта всех трех Америк и самого длинного сплошного горного хребта во всем мире поднимается крутыми откосами над океанскими берегами. Тут волны бьют прямо в голые скалы, там между океаном и горами втиснута узкая полоса песков, но и сюда Кордильеры посылают свои форпосты — стометровые дюны.

Тропическое побережье должно было бы согласно всем привычным представлениям утопать в пышной зелени. Вы ожидаете увидеть пальмовые рощи, банановые плантации, девственные леса и море цветов, буйную растительность, ковры зелени, пропитанной влагой тропиков. И вот вы стоите на берегу моря в нескольких градусах от экватора, тропическое солнце жжет вам затылок, но тень и влага как будто каким-то заклятием спрятаны под дюнами. Кругом только море, песок и голые скалы. По мертвой пустыне несется ветер с моря, постоянно охлаждаемый Перуанским течением.

Перуанскому побережью не хватает для жизни важного условия: пресной воды. Островки жизни на нем видны лишь там, где холодные горные потоки несут свою воду с андийских ледников в океан. Так по крайней мере было всегда. Новые времена принесли на пустынное побережье еще одну реку жизни: сплошную хотя кое-где и не всегда ровную реку асфальта, которая стелется, как ковровая дорожка, по песчаным равнинам и идет через горные отроги от границ Чили до самого залива Гуаякиль.

Мотоциклы, легковые машины, автобусы и грузовики устремляются из столицы •,к побережью. Их поток редеет по мере удаления от Лимы.

На протяжении двухсот километров пути взгляд лишь два раза отдыхает на зелени оазисов, орошаемых горными речками. Поля сахарного тростника дают здесь богатый урожай не менее двух раз в году. Между огромными листьями банановых деревьев дозревают гроздья плодов, на базарах высятся горы фруктов и овощей. Однако жизнь людей в этих оазисах ничуть не богаче и не счастливее, чем в лимских предместьях. И в селениях на побережье Тихого океана земля принадлежит лишь нескольким лицам из городов, а индейцы работают в качестве крепостных или издольщиков на чужой земле.

Прибрежное шоссе то поднимается метров на двести над прибоем, то опускается к самому морю. Тихий океан здесь как на ладони. В открытом море под облачками дыма ползут океанские пароходы, наполовину скрытые за горизонтом. Вблизи от берега гладь океана усеяна множеством белых точек. Это чайки отдыхают на перелете в свои летние гнездовья по пути из Чили через экватор в Северную Америку. А на границе океана и песка пенится белая лента прибоя, исчезающая на севере и на юге в туманной дымке.